НАСТОЯЩЕЕ

НАСТОЯЩЕЕ — понятие постмодернистской философии, в содержании которого традиционная семантика соответствующего термина переосмыслена в плане поворота от сугубо темпоральной его интерпретации к его трактовке в качестве единственной реальности бытия, различные конфигурации осмысления которой выступают в качестве проекций прошлого и будущего. Так, по оценке Делеза, «только настоящее существует во времени… Всякое будущее и прошлое таковы лишь в отношении к определенному настоящему… но при этом принадлежат более обширному настоящему. Всегда есть более обширное настоящее, вбирающее в себя прошлое и будущее». Именно и только Н., понятое как всеохватная тотальность данного нам бытия, характеризуется всей полнотой материальной событийности: «настоящее — это все; прошлое и будущее указывают только на относительную разницу между двумя настоящими» (Делез). В рамках постмодернистских аналитик Н. могут быть выделены два магистральных направления его исследования: 1) направление, центрированное анализом такого аспекта Н., как его имманентная неравновесность, обеспечивающая принципиальную нелинейность любой связанной с ним процессуальности.

Фактически Н. в его постмодернистской интерпретации может быть понято как неравновесная среда, обладающая креативным потенциалом самоорганизации, по отношению к перманентному Н. которой все конкретно возможные ее модификации выступают в качестве своего рода аналога диссипативных структур: так, Деррида определяет актуальное состояние текста как характеризующееся своего рода «взвихренностью»; Делез связывает феномен креативного потенциала Н. с его «потрясением» (или «умопомешательством глубины») и т.п.; 2) направление, анализирующее феномен Н. в свете идеи историчности форм опыта (мы, согласно

Фуко, не только «конечные», но и «исторически определенные существа»). В рамках данного подхода к Н. Фуко вводит в категориальный аппарат постмодернизма понятийную структуру «онтология настоящего» (или «онтология нас самих»), фундированную той презумпцией, что наличное состояние субъекта (как общества, так и индивида) задана конкретно определенными, исторически артикулированными и социокультурно детерминированными нормативами дискурса, знания, власти и субъективности как таковой (см. «Смерть субъекта», «Воскрешение субъекта»).

Согласно самоопределению Фуко, данному в беседе «Нет — секс-королю» (1977), философская работа есть не что иное, как работа «историка настоящего». В свете этого, заданного презумпцией Н., подхода к предметности центральной задаче философа оказывается задача «анализировать наше собственное настоящее» (Фуко).

А если учесть, что этот анализ выступает в постмодернизме в качестве программно критического («аналитическая критика» у Деррида), то эта задача артикулируется как задача диагностики: от программы «диагностировать настоящее» у Фуко до известного обозначения Хабермаса в качестве «диагноста своего времени». В целом, в постмодернистской системе отсчета Н. выступает фактически основным предметом философского осмысления (см. «Основной вопрос философии»): «В форме столь же наивной, как сказка для детей, я скажу, что вопросом философии долгое время было: «В этом мире, где все гибнет, — что есть не-преходящего? Что мы суть — мы, которые должны умереть, — в отношении к тому, что не проходит?». Мне кажется, что начиная с XIX века философия непрестанно приближается к вопросу «Что происходит теперь, и что такое мы — мы, которые, быть может, суть не что иное и не более, чем то, что происходит теперь?». Вопрос философии — это вопрос об этом настоящем, которое и есть мы сами» (Фуко).

М.А. Можейко

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.