Проективные тесты

Проективные тесты

Проективные тесты — один из методов психологической диагностики, позволяющий составить наиболее полное представление о психологических особенностях того или иного человека. Проективные тесты отличаются от всех остальных отсутствием жестких рамок, их выполнение подразумевает использование фантазии, воображения, позволяет человеку раскрыть свою индивидуальность, неповторимость своего внутреннего мира.

Проективные тесты часто используются психотерапевтами и психиатрами во время первых встреч с пациентами, поскольку они помогают установить доверительные отношения, позволяют человеку рассказать о своих проблемах и переживаниях не от первого лица, а используя художественные образы и свое собственное воображение. Здесь используется психологический механизм проекции — стремление человека в ком-то другом увидеть свои личные проблемы. Например, всем хорошо известно, что герои одного и того же фильма разными людьми воспринимаются очень по-разному и когда человек рассказывает о том, кого из героев он осуждает, кому сочувствует, кем восхищается — можно без труда догадаться о том, каковы его собственные ценности и интересы, как он строит свои отношения с окружающими и т.д. Эта особенность человеческой психики используется в проективных тестах.

Впервые проективные тесты были использованы Л. Франком в 1939г, а в начале 40-х гг. они стали очень популярны в западной психологии. Специалисты отдавали должное их преимуществам перед традиционными диагностическими «опросниками», где клиенту предлагался длинный список вопросов, на которые нужно было однозначно ответить «да» или «нет». Такие методы дают более точные с математической точки зрения результаты, но при этом теряются неповторимые особенности человека, его индивидуальное своеобразие. В отличие от них проективные тесты позволяют лучше увидеть индивидуальные черты характера человека, познакомиться с его собственной манерой говорить, использовать те или иные образы и т.д.

В психологии принято подразделять проективные тесты на несколько групп. Первая из них — это так называемые конститутивные тесты. В них человеку показывают картинки с нечеткими, размытыми образами и предлагается пофантазировать на тему о том, «что бы это могло быть», «что это напоминает». К этой группе относится, например, тест Роршаха, где используются обычные чернильные пятна, в которых можно увидеть самые разные образы: причудливых птиц, или башни, или танцующие пары и т.п.

Другая группа — это интерпретативные тесты. Здесь человеку предлагают несколько сюжетных картинок и просят его рассказать свою собственную интерпретацию того, что на них изображено, придумать небольшой рассказ об этих героях. При этом психолог может помогать своему клиенту, задавая наводящие вопросы, например: «Как Вам кажется, какое выражение лица у этой женщины? Как Вы думаете, большая ли у нее семья? Кем она работает?» и т.п. По такому принципу построен Тест Тематической Апперцепции (ТАТ).

Еще одна группа — это экспрессивные тесты. Они позволяют человеку раскрыть свой внутренний мир в наиболее свободной манере — при помощи своих собственных рисунков на заданную тему. Например, ему предлагается нарисовать дом, дерево и человека, или несуществующее животное, или свою семью. Причем умение рисовать здесь не играет особой роли — человек может изображать своих героев в любой абстрактной манере, например, составлять их из шаров и квадратов, или создавать лишь нечеткие наброски — словом, как ему самому хочется. Затем психолог расспрашивает его о том, что он изобразил на своем рисунке. Например, если это животное, то психолог спрашивает, где оно живет, чем питается, есть ли у него враги и как оно защищается от них, способен ли он сам на кого-нибудь напасть и т.д. Кроме того, сама манера, в которой выполнен рисунок, может многое рассказать о его авторе. Сколько цветов он использует, какие линии преобладают в его рисунке — тонкие или жирные, четкие или расплывчатые, мягкие или жесткие — все это говорит о различных свойствах характера человека.

Следующая группа проективных тестов — это импрессивные тесты, в них человеку предлагается выбрать из нескольких образов те, которые нравятся ему в большей степени и те, какие, напротив не нравятся, вызывают раздражение. К этой группе относится тест Люшера, где используются карточки с различными цветами.

Наконец, существует еще одна группа — это аддитивные тесты. Здесь психолог предлагает своему клиенту завершить небольшой рассказ, историю, или предложение. Например, это могут быть сюжеты повседневных конфликтов, каждому хорошо знакомых. Допустим, человек говорит своему соседу, протягивая ему сильно измятый листок бумаги: «Извините, мой сын слегка испортил вашу газету, которую вы давали мне почитать». Что ответит ему хозяин газеты? То, каким образом завершает человек предложенные ему конфликтные ситуации, какими ответными репликами он наделяет персонажей, позволяет судить о том, как он сам ведет себя в подобных случаях — начинает «качать права», или соглашается с чем угодно, лишь бы избежать выяснения отношений, или ищет разумный компромисс.

Проективные тесты имеют и свои достоинства, и свои недостатки. С одной стороны, они раскрывают индивидуальные стороны характера, его уникальность и неповторимость. В этом — безусловное их преимущество перед стандартизированными психологическими опросниками. Но, с другой стороны, их интерпретация требует особенной тщательности, занимает довольно много времени. Поэтому они чаще используются при индивидуальной работе с человеком (например, при психотерапевтической работе или психиатрическом лечении), когда необходимо уделить внимание мельчайшим нюансам его внутреннего мира, составить как можно более подробный психологический портрет. В других случаях, когда такая тщательность не является столь необходимой (например, для определения профессиональной пригодности, или уровня развитости интеллекта), используют стандартизированные тесты, которые можно быстро обработать на компьютере и получить однозначные и точные результаты.

Автор — Светлана Маслова

Месмер

Месмер

МесмерФранц-Антон Месмер (1734-1815) — доктор медицины Венского университета, автор теории «универсального флюида» и нового метода лечения, названного им магнетизмом. С его именем связано появление психотерапии как особой профессии, отличной и от официальной медицины, и от народного целительства.

Месмер родился в Ицнанге на Боденском озере, затем, для получения образования переехал в Вену. Здесь он становится доктором философии и теологии, изучает право, а затем, в 1766г. получает степень доктора медицины. Интересы Месмера чрезвычайно широки: он с увлечением следит за новейшими открытиями в области физики, химии и математики. Кроме того, в его доме проходят музыкальные вечера, где выступают со своими концертами Гайдн, Моцарт, Бетховен.

В 1774г Месмер знакомится с необычным методом лечения болезни — при помощи прикосновения магнитов к телу больного. Испробовав этот метод в своей врачебной практике и убедившись, к своему собственному удивлению, в его эффективности, Месмер пытается найти для него научное объяснение. Он вспоминает свою докторскую диссертацию, написанную им под влиянием изучения средневековых трактатов по астрологии о влиянии звезд и планет на жизнь человека, на его душу и тело. Месмер утверждал, что существует некая таинственная сила, которая пронизывает всю вселенную и воздействует на все физические тела — от галактик и планет до каждой клеточки человеческого тела. В своей диссертации он назвал эту таинственную силу «флюидом». Теперь он находит для нее более точное слово — он ее называет магнетизмом.

Месмер начинает активно использовать этот метод лечения в своей практике. Суть лечения состояла в том, что он при помощи магнитов перераспределяет магнетическую энергию в теле больного. Заболевание, по мнению Месмера, возникает в случае неправильного распределения этой энергии в теле человека, поэтому для исцеления от недуга ее необходимо гармонизировать. Однако довольно скоро Месмер был изгнан из своей родной страны, Австрии, за излишне смелые и «ненаучные» методы лечения. Он переезжает в Париж и находит признание при дворе Людовика ХVI-го. Здесь ему сопутствует успех, его учение становится чрезвычайно популярным и король предоставляет ему один из своих замков для лечения больных.

В это время Месмер делает еще одно удивительное открытие. Однажды его пригласили провести сеанс лечения к одной чрезвычайно знатной особе и вдруг, уже в ее доме, Месмер обнаружил, что оставил дома свои магниты. Объявить о своей забывчивости и отменить визит было крайне неловко и Месмер решил попробовать провести свой сеанс без магнитов. Лечение заключалось в том, что он проделывал пасы над телом пациента, держа в руках магниты — тем самым он гармонизировал энергию. В этот раз Месмер проделывал свои пасы без магнитов и… неожиданно для него самого, сеанс прошел успешно! Так Месмер пришел к выводу о том, что человек сам по себе обладает целительной силой. Кроме того, из книг средневековых врачевателей он знал о той немаловажной роли, которую играет вера, доверие к врачу и его методам лечения в выздоровлении больного.

Магнетические сеансы Месмера вошли в моду в среде парижской аристократии. Эти сеансы проходили в таинственной, мистической атмосфере и чем-то напоминали театральное действо. Месмер понимал, что его лечение во многом основано на вере и потому придавал большое значение созданию ритуала, магической церемонии во время сеанса.

Само помещение действовало на посетителей тревожно и возбуждающе. Окна его были затемнены занавесями, тяжелые ковры приглушали звук, символические звездные знаки и отражающие их зеркала притягивали внимание и будоражили воображение. В центре зала стоял «ушат здоровья» — большой чан с водой, вокруг которого, затаив дыхание, сидели пациенты, ожидая прихода своего целителя. Затем, по специальному сигналу, они образовывали «магнетическую цепь», касаясь кончиками пальцев каждый своего соседа. Наконец появлялся сам Месмер — в длинной фиолетовой мантии, с железным жезлом в руке, он шел от одного пациента к другому, совершая возле каждого из них таинственные манипуляции. Постепенно напряжение возрастало все больше и больше и наконец наступал «криз» — массовое выплескивание эмоций, напоминающее бешеную вакханалию. Одни, с закатанными глазами, катались по полу, другие пронзительно хохотали, кричали или плакали, третьи носились по залу в дикой пляске…

Месмер объяснял необходимость таких эмоциональных «выплесков» своей знаменитой теорией кризов. Он утверждал, что болезнь должна быть доведена до своего предела, лишь после этого она будет преодолена. Позже это открытие нашло свое отражение в психоаналитических теориях о необходимости отреагирования эмоций. Психоаналитик возвращает своего пациента в ту ситуацию (чаще всего — из его детства), когда им была получена травма (физическая или психологическая), послужившая причиной заболевания. После того, как пациент «даст волю своим чувствам», позволит себе выразить свои переживания по поводу этой ситуации, он способен справиться со своей болезнью.

Популярность Месмера возрастала с молниеносной быстротой. Парижское дворянство, придворные круги и королева Мария Антуанетта были в восторге от «божественного немца», каждый почитал за честь посетить его сеанс магнетического лечения. Когда Месмер появлялся на улице, вокруг него собирались толпы страждущих, желая прикоснуться к его одеждам и получить исцеление. Увы, столь бурный успех имел свою оборотную сторону: Месмер и его новый метод лечения стали предметом моды и светских сплетен. Скучающие вельможи стали заводить споры о магнетизме, о его пользе и возможном вреде, открытие Месмера начало обрастать самыми нелепыми слухами и небылицами и в конце концов, король Людовик XVI-тый, не терпящий никаких беспорядков и нарушения спокойствия, дал предписание Академии и Обществу врачей немедленно назначить комиссию для официального рассмотрения магнетизма. И вот, в 1784г, Академия Франции выносит свой приговор: магнетизма не существует, все яркие переживания пациентов вызваны исключительно силой воображения и потому крайне опасны. Ученые мужи не смогли признать существование целительной силы в самом человеке. Лишь спустя сто лет французский врач Шарко знакомит Академию с гипнозом и она наконец признает возможность непосредственного воздействия одного человека на другого. Спустя еще несколько десятилетий основатель психоанализа З. Фрейд пишет о существовании трансфера — перенесения психической энергии, которое происходит между врачом и пациентом.

Вклад Месмера в создание «фундамента» современной психотерапии трудно переоценить. Однако, после заключений Академии о возможных вредоносных последствиях магнетического лечения, его имя вскоре было предано забвению. Месмер вернулся на родину, к Боденскому озеру, где и провел остаток своих дней. Здесь он продолжал научные опыты и врачебную практику, сохраняя верность своему призванию. Лишь иногда рассказывал он своим немногочисленным друзьям о своей былой славе, от которой теперь не осталось и следа.

Автор — Светлана Маслова

Мандала

Мандала

мандалаМандала — символический рисунок, обычно — квадрат внутри круга или круг внутри квадрата, с каким-либо символом в центре. В восточной эзотерической культуре используется для медитаций. К.Г. Юнг интерпретировал мандалу как универсальный психический образ, символизирующий самость — глубинную сущность человеческой души.

Изображения мандал встречаются уже в самых ранних, первобытных культурах. Круг символизирует священную территорию, место силы, поэтому мандала способна оградить от враждебных сил. Кроме того, мандала олицетворяет связь с Абсолютом, с высшими силами. Ее центр — это изображение Солнца, Небесной Двери. Многие индуистские храмы построены в форме мандал — они представляют собой сочетание кругов и квадратов и символизируют различные уровни космоса. Включают в себя мандалы и изображения человеческой личности, которой предстоит пройти путь от своего эго к Абсолюту, постепенно переходя от одного уровня вселенной к другому. Изображения демонов напоминают о низменных страстях, тех частях психики, которые препятствуют пути к просветлению. В эзотерическом плане мандала символизирует целостность, единение духа и материи, мужского и женского начала и т.д. Символика мандал богата и многообразна…

К.Г. Юнг выбрал образ мандалы потому, что считал его одним из самых непосредственных проявлений глубин бессознательного. В этом образе человеческая душа изображает саму себя и тем самым помогает человеку обрести целостность. «Истинная мандала, — писал К.Г. Юнг, — это всегда внутренний образ, который постепенно строится активным воображением в то время, когда нарушено психическое равновесие, или когда нужно разобраться в каком-либо положении, не разъясненном в священной доктрине». Мандала — это своеобразный мостик между внутренним и внешним мирами, он позволяет изобразить в виде рисунка самые тонкие и невыразимые обычными средствами переживания. Он же способен перенести человека в «иные миры» при помощи концентрации на многозначных, символических образах.

Мандалы можно увидеть не только на рисунках, но и в своих собственных сновидениях. «Мне кажется бесспорным, что эти восточные символы рождены снами и видениями, а не изобретены основоположниками церкви Махаяны,» — пишет К.Г.Юнг. Символикой мандал обладает любое сновидение, где присутствует мотив круга и центра. Это могут быть круглые предметы, движение по кругу, циклы времен года или времени суток. Например, К.Г. Юнг анализирует такой сон, связанный с символикой мандалы: «На борту корабля. Сновидящий занят освоением нового метода определения положения судна. Иногда оно слишком далеко, иногда — слишком близко. Имеется карта, на которой начерчен круг с ее центром». Задача сновидца — найти центр. Интересно, что когда он рассказывал об этом сне своему аналитику, то вспомнил, что недавно он видел другой сон с подобной символикой: он стреляет в мишень и никак не может попасть в центр. Оба сна показались ему очень значительными. Очевидно, что нахождение центра — символическое изображение наиболее важной для него жизненной проблемы.

К.Г. Юнг пытался понять, почему бессознательное столь настойчиво посылает современному европейцу эти древние символы. «Единственное объяснение, которое я могу здесь представить, — пишет он, — психологическое. С этой точки зрения все может быть сгруппировано общей концепцией мандалы, выражающей сущность некоторого рода позиции». Эта позиция выражает отношение человека к своей самости — наиболее глубинному и таинственному из всех архетипов. Самость не имеет четких границ и определений, поэтому проявить себя она может лишь при помощи древних магических образов, хорошо известных, но одинаково таинственных и для человека «зари цивилизации», и для сегодняшних путешественников по пространствам своей души.

Изображения мандал используются современными психотерапевтами при работе с измененными состояниями сознания, для погружения в трансовые состояния и для символического изображения своих чувств и внутренних образов. Рисование мандал широко используется в холотропной терапии: после возвращения из своего «внутреннего путешествия» и знакомства с глубинными образами бессознательного человеку предлагают создать несколько рисунков в виде мандал, которые могли бы служить символическим выражением его опыта. В различных направлениях юнгианской психологии рисование мандал — это один из способов создать подходящий символ для многоплановых, невыразимых переживаний, связанных с работой в технике активного воображения, или самопроизвольно возникающих в значимых сновидениях. Символика мандал столь глубока и неисчерпаема, что раскрываемые ею возможности по истине бесконечны.

Автор — Светлана Маслова

Путь героя

Путь героя

Путь героя — это путь взросления, который позволяет мальчику стать мужчиной. В разных культурах этот путь выглядит по-разному. В первобытных племенах существовал обряд инициации, когда мальчик, достигший определенного возраста, должен был пройти испытания — показать свое мастерство воина, охотника и т.п. В современном обществе отсутствуют подобные ритуалы, поэтому каждый человек встает на свой «путь героя» тогда, когда сам ощущает необходимость в этом. Это дает определенные преимущества, поскольку предоставляет каждому свободу выбора для обретения своего собственного пути, но при этом и создает определенную опасность — если человек не сможет сам решиться ступить на этот путь, полный неожиданностей, он рискует на всю жизнь остаться «младенцем» — психологически незрелым человеком, неспособным брать на себя ответственность.
Сказки о герое рассказывают прежде всего о мужском пути индивидуации. Что касается взросления женщины, то этот путь остается довольно туманным и загадочным. Он мало исследован и культурологами, и классиками психологии. К.Г. Юнг писал, сравнивая мужской путь индивидуации с женским, что первый из них прямой и напористый, как полет выпущенной из лука стрелы, а второй — подобен странствию в лабиринте, где цель скорее интуитивно угадывается, а не ставиться сознательно еще перед началом путешествия. Сказочные и метафорические изображения женского пути к гармонии и единству еще ждут своих исследователей. Гипноз — необычное, похожее на сон состояние человека. Это название происходит от имени древнегреческого бога Гипноса, сына богини ночи. Греческие мифы изображают его в виде прекрасного юноши с крыльями и чудесным жезлом, от прикосновения которого люди погружались в сладкий сон. Противиться его воле не могли ни люди, ни боги, ни даже верховный бог — могучий Зевс. Любому мог он сомкнуть очи глубоким сном.

Гипнотическое состояние может наступить благодаря специальным действиям другого человека — гипнотизера, но возможно и самостоятельное погружение в это состояние. Для этого, например, можно долго смотреть на пламя свечи, или на какой-нибудь небольшой блестящий предмет. Погружению в гипноз способствует создание специальной атмосферы: спокойная, расслабляющая музыка, полумрак, мягкое, удобное кресло. В этом состоянии человек совершает необычные действия, не свойственные ему в повседневной жизни. Например, его тело обретает огромную силу и гибкость и человек выполняет умопомрачительные гимнастические трюки, или он вспоминает стихи, которые слышал в глубоком детстве и может их прочесть от начала и до конца.

Еще в древности такие состояния использовались шаманами и знахарями для лечения болезней. Кроме того, находились люди, которые использовали гипноз для того, чтобы подчинить кого-то своей воле, заставить действовать в своих интересах. Дело в том, что в памяти человека, находящегося под гипнозом, можно «стереть» некоторые события и, после возвращения в обычное состояние, человек не сможет о них вспомнить. Из-за этого свойства интерес к гипнозу возникал не только у целителей, но и у разного рода махинаторов.

В психологии и психотерапии исследование возможностей гипноза было начато Ф-А Месмером , автором теории «универсального флюида». Он полагал, что причиной гипнотизма служит воздействие на человека магнетизма — особой силы, пронизывающей всю вселенную. Однако, Французская Академия объявила эту силу не существующей, а все медицинские эффекты, достигнутые Месмером — игрой воображения. Лишь столетие спустя врачу Ж.Шарко удалось реабилитировать гипноз и сделать его предметом научного изучения. Он обратил внимание на сходство между гипнотизмом и тем состоянием, которое возникает при некоторых заболеваниях. Дело в том, что иногда врачам не удавалось найти никаких физических причин, отклонений, способных вызвать тот или иной недуг у пациента. Тем не менее, у больного по неизвестным причинам, например, возникал паралич, или он ощущал боли в желудке и т.д. Сейчас такие заболевания называют психосоматическими, поскольку их причина кроется не в физических несовершенствах, а в психологических особенностях пациента.

Ж. Шарко обнаружил, что при помощи гипноза можно устранять подобные симптомы. Его работа с больными, страдающими истерическим параличем, произвели большое впечатление на молодого З. Фрейда, обучавшегося тогда в Париже. Ж. Шарко погрузил в гипнотическое состояние женщину, у которой были парализованы обе ноги и сказал ей: «Встань и иди!». Женщина поднялась на ноги и прошлась по комнате, не испытывая никаких затруднений. После того, как она вернулась в обычное состояние, ее ноги вновь были парализованы. Однако, еще благодаря работам Месмера, было известно, что при помощи гипноза возможно избавление больного от недуга, или, по крайней мере, облегчение его страданий. Эти наблюдения сыграли большую роль в развитии психотерапии, поскольку стало ясно, что лечить подобные заболевания нужно не столько лекарствами, сколько психологическим путем. З. Фрейд писал, что, возможно, изучение тайны гипноза способно пролить свет на тайну психосоматических заболеваний.

Исследование гипнотических состояний сделало очевидным еще один любопытный факт: огромную роль личности гипнотизера, установление совершенно особых отношений между ним и пациентом. Позже З.Фрейд создает теорию о трансфере — перенесении пациентом своей психической энергии, своих чувств и переживаний с личности какого-либо близкого человека на личность психоаналитика. Чаще всего пациент видит в своем аналитике сильного и мудрого отца. Аналитик отвечает на это, соответственно, контр-трансфером, перенося на пациента свои отцовские чувства. В дальнейшем отношения между психотерапевтом и пациентом становятся одной из главных тем для дискуссий и обсуждений. Психоанализ родственен гипнозу еще и тем, что отношения эти имеют явную эротическую окраску. Это навело Фрейда на мысль о том, что главной жизненной силой, определяющей человеческое поведение, является энергия либидо — энергия пола, секса.

В современной психотерапии различают гипноз разных видов — директивный и не-директивный, а сами гипнотические состояния могут быть различными по степени своей глубины. Директивный гипноз обычно применяют для достижения глубокого гипнотического состояния, его в большей части используют при лечении психосоматических заболеваний. В этих случаях гипнотизер произносит длинный монолог, вызывая в сознании пациента образы, чувства, изменения ощущений. Пациент лишь пассивно воспринимает все происходящее. Современные психотерапевты в большей степени используют не-директивный гипноз, когда пациент в состоянии отвечать на вопросы гипнотизера, рассказывать о тех образах и ощущениях, которые он переживает, высказывать свои пожелания о возможных изменениях этих образов. То есть он становится активным участником всех происходящих с ним событий. Недирективный гипноз используют не только для лечения болезней, но и при работе со сновидениями, развитии творческих способностей, решении личных и деловых проблем. Создатель не-директивного гипноза Мильтон Эриксон ( часто этот вид гипноза называют по его имени эриксонианским) писал: «Гипнотическая техника служит только для того, чтобы создать благоприятные условия, в которых пациента можно направить к более оптимальному использованию его собственных поведенческих возможностей». Именно в этом ключе используется гипноз во многих современных направлениях психотерапии.

Автор — Светлана Маслова

Герой

Герой

Герой — глубинный образ, присутствующий в человеческой психике и побуждающий к преодолению препятствий, достижению своей цели.

Во всякой сказке, романе или истории обязательно есть герой. Без него невозможен ни один сюжет. Так же и каждый человек в определенном смысле является героем истории своей жизни.

К.Г. Юнг писал, что мифы и волшебные сказки — это своего рода картография бессознательного, а путь героя — это символическое выражение наилучших способов достижения цели. Путешествие героя — это путь к самой сути своей души, к гармонии с миром и с самим собой. В аналитической психологии этот путь называют индивидуацией.

В своей личной истории человек становится героем тогда, когда он начинает обретать независимость в своих взглядах и суждениях, выбирает свой собственный жизненный путь. В сказках этот момент обычно изображается так: герой прощается со своими родителями и отправляется на поиски приключений. В реальной жизни это не всегда бывает напрямую связано с уходом из родительского дома: речь идет прежде всего о психологическом отделении от родителей, об умении принимать решения и брать на себя ответственность. Герой готов отправиться в путь когда у него появляется тяга к неведомому, желание «освоить новые земли» — будь то неизведанные материки, или тайны природы, или что-либо другое… Юнг называл это состояние «зов к приключению». В любом случае, чтобы прикоснуться к чему-то неизведанному, человек должен прежде всего изменить свою собственную жизнь, самого себя. Путешествие сказочного героя за тридевять земель, его сражения с драконами, встречи с добрыми и злыми волшебниками, встреча с прекрасной принцессой — это метафорическое изображение странствий человека в мире своей собственной души, его знакомства с архетипическими персонажами, каждый из которых — часть его внутреннего мира, частица его личности.

Начинается путешествие героя с того, что он оказывается в каком-нибудь необычном, таинственном месте, где все для него незнакомо. Обычно, в начале он растерян, не знает, что ему нужно делать — ему еще только предстоит научиться правильно себя вести в этом новом для него мире. С точки зрения психоанализа это событие — метафорическое изображение погружения в бездны бессознательного, в его хаос и неопределенность. Здесь герой встречается со своей тенью — теми частями самого себя, которые он раньше не замечал или не признавал своими. Сказочный герой часто оказывается в стране мертвых — «в мире теней» — и рискует сам стать тенью, если не сумеет победить врагов и отыскать союзников.

Погружение в темные глубины бессознательного обычно вызывает ужас, какой человек испытывает во время ночных кошмаров. Однако, не пройдя это испытание, герой не сможет прийти к конечной цели своего пути. К.Г. Юнг писал об этом: «Цель нисхождения, как универсально показал миф о герое, состояла в том, чтобы показать, что только там, где опасно (водная бездна, пещера, лес, остров, замок и т.п.) можно найти «труднодоступное сокровище» (драгоценность, деву, напиток жизни, победу над смертью)».

Но не только через битвы и сражения необходимо пройти герою в «краю теней». Здесь подстерегает его и другая опасность — остаться в этом мире навсегда, поддаться его колдовским чарам и самому стать тенью. Например, герой оказывается на дне моря и морской царь обещает ему отдать в жены свою дочь-красавицу, да еще с богатым приданным. Он может стать сказочно богатым и могущественным, но только в одном случае — если останется здесь навсегда. В других сказках прекрасная фея обманом завлекает героя в свои владения, поит его колдовским зельем, чтобы он уснул, или потерял память… Словом, обитатели мира теней прельщают героя богатством и властью, пытаясь заставить его забыть о цели своего пути. Стоит герою поддаться на это искушение — и подаренные ему сокровища оказываются черепками, а очаровательная фея — отвратительной ведьмой. Но если ему удается выдержать и это испытание — он получает щедрые дары (ковер-самолет, волшебную палочку, или чудодейственный элексир), которые помогают ему добиться своей цели.

Одержав победу над врагами, преодолев все соблазны и искушения, герой достигает своей цели — получает волшебное сокровище. Но кроме того, что не менее важно, в своем путешествии он встречает свою невесту. В разных сказках это происходит по-разному. Иногда сюжет начинается с того, что герой встречается с прекрасной девушкой и хочет на ней жениться, но злой колдун похищает ее. Тогда герою приходится проделать далекий путь, прийти в замок злодея и сразиться с ним, чтобы спасти свою невесту. Иногда невеста сама заставляет героя пройти через испытания, прежде чем отдать ему руку и сердце.

Только проявив мужество и отвагу, одержав победу над силами зла, герой празднует свадьбу. Психологически это означает очень важный шаг на пути к своей целостности — встречу с анимой. Мужчина знакомится с женской стороной своей личности, со своими представлениями о женственности как таковой. Объединение в себе мужских и женских черт характера, двух разных половин своей души метафорически называют алхимической свадьбой, поскольку изменения, происходящие при этом с человеком, кажутся чем-то волшебным, похожим на чудо. Внешне это проявляется в том, что его отношения с противоположным полом становятся более гармоничными.

Автор — Светлана Маслова

Андрогин

Андрогин

Андрогин — мифологический персонаж, обладающий признаками мужского и женского пола. В психологии образ андрогина символизирует единение мужского и женского начала, удерживание этого равновесия при помощи сознания.

Существует древняя легенда о людях «третьего пола» — андрогинах, об их могуществе и о той участи, которая их постигла. Она была рассказана древнегреческим философом Платоном в его диалоге «Пир». «Когда-то наша природа была совсем не такой как теперь, а другой, — говорит философ. — Тогда у каждого человека тело было округлое, спина не отличалась от груди, рук было четыре, ног столько же, сколько рук, и у каждого на круглой шее два лица, совершенно одинаковых… Передвигался такой человек либо прямо, во весь рост… либо, если торопился, шел колесом, занося ноги вверх и перекатываясь на восьми конечностях, что позволяло ему быстро бежать вперед. А было этих полов три, и таковы они были потому, что мужской искони происходит от Солнца, женский — от Земли, а совмещавший эти оба — от Луны, поскольку и Луна совмещает оба начала.» Андрогины обладали огромной силой, они «питали великие замыслы и посягали даже на власть богов». Задумались боги — как унять им гордость людей, уменьшить их силу? И тогда Зевс нашел способ положить конец этому бесчинству: он решил разрезать каждого из них пополам, чтобы стал человек вдвое слабее и мог теперь передвигаться только прямо, на двух ногах. «А если они и после этого не угомонятся и начнут буйствовать, я — сказал он, — рассеку их пополам снова, и они запрыгают у меня на одной ножке». С тех пор каждый человек полон желания найти свою вторую половину и соединиться с ней, чтобы вновь стать целостным существом. «Любовью называется жажда целостности и стремление к ней,» — говорит Платон.

Эта легенда вдохновляла многих поэтов и писателей, а образ Андрогина стал одним из символов изначальной целостности, утраченной из-за пренебрежения к высшим силам, невежества и гордыни. Алхимики в своих трактатах не только часто упоминают этот персонаж, но и изображают его в многочисленных иллюстрациях. К.Г.Юнг именно этот образ полагал символом конечной цели алхимического процесса, противопоставляя его Гермафродиту, в котором мужские и женские качества растворены друг в друге. Если образ Гермафродита соответствует бессознательному единству мужского и женского начала в человеческой психике, то образ Андрогина — это объединение их на уровне сознания, когда своеобразие и неповторимость каждого из этих начал не только не исчезает, но, напротив, подчеркивается. Путь индивидуации Юнг сравнивал с процессом алхимических превращений — и том, и в другом случае для достижения конечной цели — целостности и гармонии — необходимо пройти множество ступеней. Одна из самых значительных среди них — это встреча с противоположным началом и заключение союза с ним. Алхимики называют это событие алхимической свадьбой, К.Г.Юнг — встречей с Анимой или Анимусом.

Не только свойства человеческого характера, но и противоположные силы природы, свойства веществ традиционно связывают с изначальным противопоставлением мужского и женского начал (см. статью Гермафродит). Поэтому не удивительно, что образ, символизирующий их единство, оказался в центре внимания и алхимиков, изучающих мир природы, и психологов, чей предмет — человеческая душа.

В аналитической психологии образ Андрогина используется и в теоретических трудах, и в практической работе с клиентом. Этот символ может появиться в сновидениях, или в активном воображении, когда клиент работает над своей проблемой отношений с противоположным полом, или размышляет о своих представлениях о мужественности и женственности как таковых.

О принципе андрогинности говорят как об особом свойстве человеческой личности, достигшей достаточно высокой степени своей внутренней гармонии. К.Г.Юнг писал об Иисусе как примере такой личности, где все противоположности разрешены в «андрогинной взаимодополнительности и единстве». Но для того, чтобы быть готовым к встрече с противоположным началом, необходимо вначале «обрести себя», стать самим собой. В этом — отличие андрогина от инфантильного состояния «отсутствия пола», с которым связывают образ гермафродита. Андрогин же символизирует образ целостности, обретенной после долгого пути, принесения жертв и свершения подвигов ( см. герой). Достижение андрогинного состояния означает качественное изменение, происходящее с человеком и служит важным ориентиром в аналитической работе.

Автор — Светлана Маслова

Гермафродит

Гермафродит

Гермафродит — обоеполое существо, символ первоначального единства, где мужское и женское начало слиты друг с другом.

Слово «Гермафродит» впервые появилось в древнегреческих мифах. Так звали сына вестника богов Гермеса и прекрасной Афродиты — богини любви. Гермафродита полюбила нимфа источника Салмакида, но юноша, увы, не ответил на ее чувства. Тогда боги, вняв мольбе нимфы, соединили ее навеки с возлюбленным — их тела срослись в одно двуполое существо.

Позже этот персонаж стал символом единения мужского и женского начала. В средние века алхимики писали о нем как о конечной цели трансформации — множества алхимических превращений, после которых человек приходит к своему истинному «Я». Это — совершение мистического брака, когда наступает конец всякой двойственности, всяким противоречиям.

Разделение на мужское и женское начала присуще и западной, и восточной культурам. На Востоке эти начала называют Инь и Ян. В любом явлении или предмете присутствуют эти два начала, они проявляются везде и повсюду и не существуют одно без другого. Инь — это женское начало, оно холодное, темное, земное, материальное. Ян — мужское начало, оно связано с теплом, светом, небом, духом. В любом человеке присутствуют оба этих начала, но одно из них преобладает (причем это связано не только с полом, но и с характером человека, родом его занятий и т.д.). Задача человека — поддерживать должный баланс между Инь и Ян в самом себе, иначе у него возникают болезни тела и духа. Многие восточные методы лечение заболеваний основаны именно на этих воззрениях — врач прописывает своему пациенту лекарства, физические упражнения и определенную диету с тем, чтобы восстановить баланс Инь и Ян. В восточной традиции символ такого единства — это мандала — магический круг, олицетворяющий взаимопроникновение мужского и женского начала, состояние мира и гармонии.

Западная культура традиционно считается более «воинственной», целиком построенной на конфликтах и противоречиях. Не случайно очень многие «люди Запада» на пути своего духовного поиска обращаются к мудрости даосов и буддистов, изучают культурные традиции Индии и Китая.

Стремление к миру и гармонии обще для всех людей и для любой культурной традиции. Западные мистики и эзотерики, древние и современные философы пишут о возвращении к изначальной целостности и один из символов этого состояния — образ Гермафродита. В определенном смысле, он схож с восточным изображением мандалы — гармонии между Инь и Ян. Гермафродита сравнивают также с египетским богом Озирисом — богом плодородия, олицетворявшем ежегодно умирающие и воскресающие силы природы. К образу Гермафродита не раз обращались в своих произведениях писатели-мистики.

Один из них — известный писатель конца прошлого века Густав Майринк, чей литературный жанр определяют как «черный романтизм», или «магический реализм». Устами одного из своих героев он рассказывает легенду об одной таинственной улице Старой Праги, где в конце времен должен поселиться Гермафродит. «Существует старинная легенда о том, — говорит этот герой, — что там наверху, на улице Алхимиков, стоит дом, видный только в тумане, да и то только счастливцам. Он называется: «Дом последнего фонаря». Тот, кто днем бывает там, видит только большой серый камень, за ним — крутой обрыв…

Под камнем, говорят, лежит огромный клад. Камень этот будто бы положен «орденом азиатских братьев» в качестве фундамента для дома. В этом доме, в конце времен, должен поселиться человек… лучше сказать Гермафродит… Создание из мужчины и женщины. У него в гербе будет изображение зайца… Между прочим, заяц был символом Озириса, и отсюда-то и происходит наш обычный пасхальный заяц». Эта легенда — иносказательное повествование о духовном пути человека. Только поднявшись над противоречиями и конфликтами повседневной жизни, соединив в гармонии мужское и женское начала, человек способен «овладеть кладом», поселиться в доме, невидимом для простого смертного, обрести свое «духовное Я».

Пожалуй, отношения между мужским и женским началом — основная тема большинства психоаналитических исследований и размышлений. К.Г.Юнг, отличавшийся особым интересом к древним эзотерическим доктринам, обращал внимание на интерес алхимиков к образу Гермафродита. Однако, он полагал, что алхимики заблуждались, выражая цель своих духовных исканий этим символом. Юнг считал образ Гермафродита грубым и уродливым и противопоставлял ему другой символ целостности (также заимствованный из древнегреческой мифологии) — образ Андрогина. Гермафродит, по мнению К.Г.Юнга, скорее олицетворяет изначальную целостность, когда мужское и женское просто еще не отделены друг от друга. Другой символ этого состояния — уроборос, змей, кусающий свой собственный хвост. Это — бессознательное слияние противоположностей, присущее тому состоянию, когда человек только что появился на этот свет и еще не успел осознать свою половую принадлежность. Этот образ олицетворяет темноту и саморазрушение, но при этом — плодородие и творческую потенцию. В этом смысле Гермафродит скорее символизирует то состояние первоначальной гармонии, которое существует еще до появления сознания, предшествует появлению противоположностей и конфликтов. Поэтому он — скорее «отправная точка» пути индивидуации, а вовсе не его цель.

Использование образа Гермафродита Юнг считал уместным лишь на самых начальных стадиях работы с клиентом. Истинной же целью духовной работы он полагал не бессознательное единство противоположных начал, а их сознательный синтез. Дело в том, что невозможно обрести свое неповторимое «духовное Я», не пройдя все стадии алхимической трансформации, не прожив в своем личном опыте все присущие миру противоречия и не найдя своего собственного способа справиться с ними. Или, пользуясь терминами К.Г.Юнга, для того, чтобы прийти к своей самости (аналог «духовного Я») необходимо полностью пройти весь путь индивидуации со всеми его ступенями. Если Андрогин символизирует гармонию между сознанием и бессознательным, а достижение этого состояния требует согласованных усилий ума и интуиции, то образ Гермафродита — это скорее пассивное растворение в бессознательном. Образы Андрогина и Гермафродита во многом сходны друг с другом, они символизируют очень похожие по внутреннему ощущению состояния души, но соответствуют разным этапам духовного пути человека.

Автор — Светлана Маслова

Бред

Бред

Бред — патологическое состояние человека, при котором он охвачен идеями или ощущениями, не соответствующими действительности. В этом состоянии человек глух к любым разумным доводам и доказательствам, опровергающим его утверждения, его невозможно разубедить в их истинности.

Слово «бред» вошло в обиход повседневной лексики. Мы говорим: «Это какой-то бред!», когда слышим от кого-то сомнительные утверждения, основанные на вымышленных фактах, или когда слова нашего собеседника лишены всякого здравого смысла. В психологии и, в частности, в психоанализе это слово употребляется в качестве научного термина для обозначения симптома ряда психических заболеваний.

Психологи различают бредовые состояния двух видов. В одном случае больной убеждает окружающих в истинности своих бредовых идей при помощи целой системы «доказательств», кажущихся ему убедительными. Например, человек, охваченный бредом ревности видит в каждом действии своей супруги подтверждение ее измены. Или, если это бред самоуничтожения, то человек считает любое ощущение своего тела признаком болезни. В другом случае бред сопровождается видениями и галлюцинациями. В этом случае больной «ясно видит перед собой» пришельцев с других планет или умерших людей, которые преследуют его и пытаются убить или, наоборот, передают ему сверхценные знания.

Кроме того, существуют различные виды бреда в зависимости от его содержания. При бреде величия человек одержим идеей, что он, к примеру, — Александр Македонский и готовится взойти на престол чтобы править миром; или желает осчастливить человечество каким-нибудь гениальным открытием. Когда человек охвачен бредом преследования, то он убежден, что все окружающие «что-то против него замышляют» и каждый их жест интерпретирует как «условный знак» или прямую угрозу. В случае бреда самоуничижения больной всецело погружен в страдания по поводу «своего ужасного прошлого», испытывает чувство вины за «страшные прегрешения», или убежден в своей неминуемой скорой кончине из-за «неизлечимой болезни» или козней «нечистой силы».

В психоанализе бред, как и любой другой симптом заболевания, рассматривается в качестве символа, в образной форме указывающего на причину заболевания. В этом смысле бред родственен сновидению: и в том и в другом случае мы имеем дело с проявлением сил бессознательного — мира непроявленных, скрытых эмоций и желаний. Содержание сновидения, как и содержание бреда, с психоаналитической точки зрения, определяется конфликтом между сознательными установками и бессознательными порывами нашей души. Безусловно, когда человек оказывается охвачен бредовыми идеями, то становится очевидным, что конфликт этот достиг столь сильного напряжения, что привел к психическому заболеванию. По содержанию бреда мы можем судить о характере этого конфликта. Приведем пример из психоаналитической практики. Пациентка, молодая девушка, страдающая бредом самоуничижения, считала себя виновной в смерти своего брата, который утонул в реке несколько лет назад. Она несколько раз пыталась покончить с собой. «Я не имею права жить, раз я не смогла уберечь от гибели своего брата, которого так любила,» — говорила она. На первых сеансах она рисовала исключительно радужные картины своей дружбы с братом, рассказывала, как много времени они проводили вместе, как понимали друг друга… Однако, глубинный анализ ее бессознательного позволил обнаружить, что их отношения с братом отнюдь не столь идилличны, как было изображено ее сознанием. В раннем детстве они довольно часто ссорились, пациентка ( тогда еще — пяти-шести-летняя девочка) часто обижалась на брата и выдумывала планы мести. С годами эти ссоры были забыты, к тому же чувства обиды и агрессивные импульсы не соответствовали сознательному «образу Я» пациентки. В следствии этого, они были вытеснены в бессознательное и дали себя знать при случайной гибели брата.

К.Г. Юнг, основатель аналитической психологии, предлагает интерпретацию содержания бреда не только на личностном уровне, но и в культурологическом и социальном аспектах. Дело в том, что в бредовых образах и идеях находят отражение не только личные проблемы больного, но и массовые настроения, свойственные целой социальной или этнической группе. К примеру, когда дело происходит в тоталитарном государстве, то мнимыми преследователями больного чаще всего бывают «тайные агенты», или «шпионы», в другом случае это могут быть «дьяволы», или «летающие тарелки» и т.д. Содержания бреда можно также интерпретировать и с точки зрения архетипических образов и сценариев, сравнивая их с мифологическими и сказочными сюжетами.

К.Г. Юнг, в отличие от классиков психоанализа, рассматривал сновидения, а так же фантазии и воображение как особого рода реальности, по степени своей «реалистичности» не уступающие никакой другой. С этой точки зрения бред также представляется содержанием особой реальности. Нельзя не согласиться с правомерностью этой точки зрения. Ведь человек, охваченный бредовыми идеями, зачастую представляет вполне реальную угрозу для окружающих. В социологии это явление известно под названием «теоремы Томаса». Она звучит так: «вымышленные причины имеют реальные следствия». В качестве примера он приводит поведение параноика, который нападает на случайных прохожих, будучи убежден, что они «что-то против него замышляют». В непосредственной реальности последствий этого бреда, увы, не приходится сомневаться.

Автор — Светлана Маслова

Астрология

Астрология

Астрология — древнее учение о звездах и планетах и их влиянии на человеческую жизнь и судьбу. Название происходит от двух греческих слов: astron — звезда и logos — учение, понятие.
Астрология была широко распространена еще несколько десятков тысяч лет тому назад. Древние легенды гласят, что это знание было принесено на Землю мудрыми учителями из иных миров. Астрология была распространена в древнем Египте и в Халдеи, в Индии и в Китае, в Древней Греции и в Вавилоне. Древние жрецы обращались к мудрости звезд, чтобы узнать грядущую судьбу своего владыки, или о днях, благоприятных для сражений или важных переговоров. В Европе астрология достигла своего расцвета в XIV — XV вв.

Несколькими веками позже наука стала постепенно вытеснять древние эзотерические учения, в том числе — и астрологию. Теперь если ее и вспоминали, то только как предшественницу астрономии — научного знания о звездах. Но сегодня это древнее учение вновь обрело широкое признание и популярность. Во всем мире проходят астрологические семинары и конференции, издаются книги и журналы по астрологии, существуют академии, где можно познакомиться с этим древним учением и стать профессиональным астрологом… Звезды оказывают свое влияние на человека — с этим вряд ли сегодня кто-нибудь станет спорить. Ученые изучают эти таинственные воздействия своими методами, астрологи — своими. Запись Древнего Халдейского оракула гласит: «Хотя судьба может быть записана на Небесах, миссия божественной души — возвысить человеческую душу над кругом необходимостей».

Это стремление стать хозяином своей судьбы, не просто узнать о влиянии звезд, но изучить его, использовать в своих ежедневных поступках и решениях возвращает человека к мудрости древних жрецов. Желание стать свободным, постигнув взаимосвязи между внутренним и внешним мирами, роднит астрологию и психотерапию.

Многие знахари и целители, а также профессиональные медики проявляли интерес к астрологическим знаниям. Среди них — известный средневековый врач Парацельс, которого К.Г. Юнг считал одним из своих духовных учителей. Ф-А  Месмер — один из предшественников возникновения психотерапии — использовал свои познания в области астрологии для лечения своих пациентов. К.Г. Юнг не раз обращался к учениям астрологов, когда размышлял о загадках человеческой души. Многие современные авторы создают синтез древнего знания и современного, обращаются к мудрости тысячелетий, чтобы лучше понять новейшие научные открытия. Психотерапевты используют данные астрологии для обсуждения с клиентом его проблем, а астрологи обращаются к книгам психологов, чтобы глубже постигнуть мудрость звезд. При этом одни психотерапевты относятся к обсуждению гороскопа как к удобному проективному методу, позволяющему лучше познакомиться с духовным миром клиента, его ценностями и предпочтениями, вникнуть в суть его проблем. Для других же гороскоп — вполне независимый источник информации о клиенте.

Психотерапевты самых разных направлений используют в своей работе астрологию — она оказалась уместной и в психодраме (здесь появился даже самостоятельный метод — астродрама, его автор — современный астролог Джефф Джоэр (США)), и в гештальттерапии, и в телесноориентированной терапии… Но, пожалуй, наиболее плодотворным оказалось сочетание этого древнего знания с идеями К.Г. Юнга. Вот несколько примеров очень удачного синтеза этих двух областей знания. Английский астролог Д. Радьяр изучает происхождение психологических проблем и комплексов, используя при этом астрологическую символику, описания свойств планет и знаков. Он пишет, что в его астро-психологическом исследовании «астрология дает структуру, а психология — содержание». Американский астролог Элис О. Хоувелл — автор книг «Юнговский символизм в астрологии» и «Юнговская синхронность в астрологических знаках и эпохах». Она размышляет о психологическом значении знаков зодиака, о смене эпох и тех изменениях, которые происходят в умах и душах современных людей. Работы К.Г. Юнга о синхронии, о символах, о взаимосвязи мира человеческой психики с пространством культуры, его мифами, традициями и ритуалами вдохновили этого автора на интереснейшие гипотезы и предположения о путях культуры и цивилизации.

Пожалуй, среди древних эзотерических знаний астрология по своей популярности занимает сегодня первое место. Астрологи предлагают свои услуги в газетах и по телевидению, открываются астрологические и астро-психологические консультации. Иногда это древнее учение используется для глубоких философских размышлений, иногда — для вполне однозначных прогнозов и рекомендаций, а в некоторых случаях оказывается удобным орудием для обмана и мистификаций. Тем не менее, интерес людей к загадочным флюидам планет и созвездий не ослабевает и, по всей видимости, до окончательной разгадки этих тайн нам еще очень далеко.

Автор — Светлана Маслова

Алхимия

Алхимия

Алхимия — средневековое учение, относящееся в равной степени и к миру природы, и к миру человеческой души. Одной целью алхимиков было превращение неблагородных металлов в благородные — золото или философский камень. Другой, не менее важной их задачей было освобождение духа от пут материи. Тем самым алхимик стремился развивать свою собственную духовную силу и получить власть над миром природы.

В психоанализе алхимию рассматривают прежде всего как прародительницу современных исследований бессознательного. К.Г. Юнг обратил внимание на то, что символика сновидений, те загадочные образы, которые мы видим во сне, во многом схожи с алхимическими символами. В своих работах он часто использовал алхимические символы для обозначения тех или иных психологических состояний человека. Например, в алхимии часто упоминается три мира — черный, белый и красный, которые необходимо пройти человеческой душе. Каждому из этих миров присущи свои собственные образы и переживания. Юнг обратил внимание на то, что и сновидение можно отнести к одному из этих трех миров, чтобы понять, на каком этапе своего духовного пути находится этот человек.

Первый из этих миров, черный, носит название нигредо. В этом мире страшно, жутко, тоскливо, его наполняют отвратительные образы: кучи навоза, скелеты, змеи, крысы, акулы, наручники, канализационные трубы… Словом, то, что мы обычно видим и переживаем в ночных кошмарах. Такие сны бывают связаны с трагическими моментами жизни, например, когда человек теряет кого-то из своих близких, или разочаровывается в прежних ценностях, не знает, как ему жить дальше. Эти жизненные ситуации связаны с тяжелыми переживаниями, однако они по-своему необходимы, и даже полезны. Ведь не пережив разрушение старого, не простившись с ним, невозможно двигаться дальше.
Когда старые отношения (или ценности) уже изжили себя, нужно позволить им разрушиться, уйти в прошлое для того, чтобы на освободившемся месте выстроить что-то новое. Нигредо называют миром тьмы — человек будто оказывается погруженным в ночную мглу, где нет ни звезд, ни лунного света.

Второй мир, белый, носит название альбедо. О переходе из мира нигредо в мир альбедо К.Г.Юнг писал так: «Неясность слегка рассеивается, как мрак ночи при появлении на небосклоне луны… Этот робкий свет относится к альбедо, лунному свету». Этому миру присуще задумчивое, мечтательное настроение, отсутствие сильных эмоций. Когда человек находится в таком состоянии, то во сне он может увидеть поверхности вод и зеркал, плавание без руля и ветрил; жемчуг, стекло и хрусталь. Животные, населяющие этот мир — белые медведи и овцы, мотыльки, совы и бабочки, лягушки и саламандры. На этой стадии алхимического процесса распад старого уже завершен, а новое еще только начинает появляться. Не случайно в это время во сне часто появляются образы беременных женщин или птиц, высиживающих яйца. Это — период пассивного ожидания, когда в душе человека едва начинают складываться новые ценности и ориентиры.

Третий мир, рубедо, — это мир Солнца. То, что вынашивалось и созревало в мире альбедо, теперь появляется на свет. В этом мире царит ясность и порядок, определенность во всех поступках и отношениях. Это царство рассудка, здравого смысла. Если миры нигредо и альбедо символизируют жизнь бессознательного и происходящие в нем процессы, то мир рубедо — это символ сознания. Рубедо — это мир активных действий, бурного развития отношений, особенно — отношений между мужчиной и женщиной, почему в психоанализе его и называют миром либидо. «У алхимиков этот мир называется рубедо, — пишет К.Г. Юнг, — В нем происходит брак рыжего мужчины и беднолицей женщины. Противоположности не только взаимоотталкиваются, но и стремятся друг к другу, потому что бесконечная вражда несовместима с жизнью и не может продолжаться вечно.» Образы сновидений, сопровождающих стадию рубедо — парящие высоко в небе птицы, ракеты и космические корабли; трамплины, фонтаны, огонь, вулканы; солдаты, лошади и повозки; великаны и атлеты.

Рубедо — это мир бурных эмоций и переживаний. Для того, чтобы находиться в этом мире, необходимо научиться правильно выражать свои эмоции, уметь хорошо контролировать свои поступки и отношения с людьми при помощи сознания. Нельзя позволять разряжаться своему внутреннему миру за счет внешнего. Например, если человек не в состоянии контролировать свои вспышки гнева и позволяет себе грубые выходки с окружающими, то это приведет к разрушению отношений и он довольно скоро останется в полном одиночестве. Тем самым он снова окажется в мире нигредо — во мраке и пустоте.

Современные психоаналитики используют символику алхимии в своей работе с пациентами. Дело в том, что изучение древних алхимических трактатов предоставляет новые возможности не только для интерпретации сновидений, но и для понимания отношений между пациентом и аналитиком. К.Г. Юнг неоднократно задавался вопросом о том, какая роль отводится аналитику в процессе работы над сновидением, а какая — пациенту. Он был не согласен со своим учителем, З. Фрейдом, полагавшим что психоаналитик обладает неким абсолютно истинным знанием о психической жизни пациента. Он говорил, что психотерапевтический сеанс подобен для пациента «беседе со своим добрым ангелом» , когда он получает ответы на свои вопросы, из глубин собственного бессознательного, а аналитик лишь помогает ему в этом, создает необходимые условия. Понять истинный смысл происходящих с ним событий каждый человек способен лишь самостоятельно, однако присутствие другого при этом все же необходимо. Об этом знали и алхимики — каждый из них всегда работал в паре с помощником, называемым «мистической сестрой», причем это мог быть как реальный человек, так и воображаемый.
Многие современные психотерапевты утверждают, что постижение древних мистических знаний необходимо психотерапевту для успешной работы не меньше, чем изучение научной психологии и психиатрии.

Автор — Светлана Маслова